• 17 сентября 2017 в 11:58
    Категория: Интервью | Автор: a961456591
    История Дмитрия Пирога напоминает воплощение американской мечты.
    Простой парень из Темрюка, который стал успешным бизнесменом, променял это на шанс завоевать титул чемпиона мира в профессиональном боксе - и добился своего. Сейчас он депутат Государственной Думы РФ.
    История Дмитрия Пирога - история про целеустремленность. Про тактическое и стратегическое мышление в каждом действии. Про то, как порой можно не сдаваться, даже когда ты, вроде бы, уже сдался.
    Боксер с уникальным стилем. Боксер, который не проиграл ни одного профессионального боя. Боксер, который мог стать шахматистом - и стал им в какой-то степени. Только в ринге, а не за доской.
    Дмитрий Пирог. фото: vk.com
    фото: vk.com
    Мы публикуем развернутое интервью Дмитрия Пирога, которое тот дал эксклюзивно «Независимой спортивной газете».
    О том, как уснул перед боем
    - Дмитрий, вот уже несколько лет, как боксерская карьера осталась позади. Часто ли просыпаетесь с мыслью «сегодня бы в бой»?
    - Нет. Не часто. Знаете, мне ведь бокс никогда и не снился. У меня вообще довольно крепкая нервная система. Как таковых, страхов перед боем никогда не было: не было страха проиграть. Понимал, что даже сильнейшие порой терпят поражения. Поэтому к возможной неудаче относился чуть-чуть иначе. Если случится поражение, это будет мое поражение, часть моей истории.
    У меня даже был случай - дрался с Митчеллом. Мне уже затейпировали руки, расписались, перчатки надели. Я полностью экипирован, и вдруг оказия на телевидении: переносят бой на 50 минут! А мне ни переодеться, ни перчатки снять. Что делать. Поставили мне стульчики, я лег и… заснул. У окружающих глаза на лоб. Вот такая нервная система.
    - И все-таки, разве не тянет снова окунуться в атмосферу больших боев? Вы и сами говорили, что от этого сложно отказаться.
    - Говорил. Впервые эту атмосферу я ощутил примерно в пятом профессиональном бою. Только стал чемпионом страны, дрался в московском спорткомплексе «Олимпийский». Выхожу, мой бой - первый в программе вечера. Людей очень много! И софиты бьют в глаза: за пределами ринга ничего не видишь. То есть тебе этих людей не видно, ты их внутренне ощущаешь. И вот исполнил гимн Иосиф Кобзон, поворачивается ко мне: «Давай, удачи»… А я вышел и растерялся немного. Бой-то без проблем сложился: с американцем разобрался в первом раунде. Но мне после победы жутко хочется руку поднять, зал поприветствовать, а там расположение ринга такое - с трех сторон зрители, с четвертой стенка. Из-за софитов не видно, где что. Стою я в эти доли секунды, и мысль проносится: сейчас лицом к стенке повернусь и руку подниму, люди решат, что совсем дурачок… (Смеется).
    - И что в итоге? Рискнули?
    - Рискнул. Положился на звук, поднял - в ответ рев! Ну, думаю, вроде правильное направление взял… Энергетика невероятная! Вообще, во время боя адреналин выделяется сумасшедшим образом. Организм в особом режиме функционирует, отключаются защитные механизмы. А после боя, бывали случаи в боксе, пришел человек домой, лег, заснул и больше не проснулся.
    Бокс, футбол или шахматы
    - Перед вами в юности стоял любопытный выбор: бокс, шахматы или футбол. Как сложился такой паззл?
    - Когда был совсем маленький - лет 5 мне было - нам в детский садик принесли настенную шахматную доску с фигурами на магнитах. Подвесили ее. Желающие остались прослушать рассказ о шахматах, остальные побежали на игровую площадку.
    - И вы остались.
    - Понравились магниты. Посмотрел, послушал, пришел домой и говорю: «Хочу шахматами заниматься». Я еще не умел писать, но читал неплохо: мы разбирали партии, а записывать мне помогали. Занимался я шахматами стабильно лет до 8-ми. Кое-какие успехи были: дедушку обыгрывал… (Улыбается).
    - Почему забросили?
    - Ну, ребенок же. Хочется более активных игр. Пацаны едут на велосипедах кататься, а мне на шахматы идти. Все кто куда, на речку, а мне в шахматный клуб… А я на тот момент безумно любил футбол - и сейчас люблю. И как-то в один момент пошли мы со сверстниками записываться на футбол. А у нас спорткомплекс в Темрюке: на втором этаже боксерские залы, на первом - мини-футбол.
    - И вы ошиблись этажом? Правда?
    - Да, перепутали. Там, где обычно в футбол играют, никого не было, мы поднялись наверх. Встретили Виктора Ивановича Сердюкова, моего будущего тренера. «В футбол, - спрашиваем, - здесь играют?» «Да, да, у нас тут тоже в футбол играют…» Так я пришел на футбол, а оказался в боксе.
    Потом был момент, лет в 13: не пропуская боксерские занятия, я после очередной тренировки пошел на футбол. А Виктор Иванович, он сам футбол очень любил, даже играл за ветеранов. Пришел взглянуть на тренировку футболистов, меня там заприметил. Подозвал, говорит: «Еще раз тебя здесь увижу - на боксе больше не появляйся!» «Но почему?» «Надо определиться. За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь. Если выберешь футбол, я тебе слова не скажу». Я подумал-подумал и остался в боксе.
    - В чем была мотивация?
    - Дольше занимался, уже пошли кое-какие результаты. Уже тогда стал формироваться как целеустремленный человек: если начал - доделай. История про футбол и Виктора Ивановича, кстати, на том не закончена.
    - Расскажите.
    - Проходит время, я заканчиваю с любительским боксом в 24 года. Немножко разочарованный, не получилось то, что хотел. Но уже понимаю, что семью нужно будет обеспечивать, пора учиться зарабатывать деньги. И вот сидим как-то с Виктором Ивановичем, чай пьем. Он мне: «А помнишь, как я тогда тебя с футбола вытащил?» Говорю: «Я-то помню, почему вы запомнили? Больше десяти лет прошло!» Он: «Да я себя ругаю с тех пор. Надо было тебя в футболе оставить. Даже если бы большим футболистом не стал, денег заработал бы, квартиру купил…» «Да ладно вам, - отвечаю. - Что ни делается, все к лучшему».
    И вот минует год, я начинаю заниматься профессиональным боксом. А еще через 5 становлюсь чемпионом мира. Сидим снова с Виктором Ивановичем, чай пьем. Он: «Помнишь, я тебе говорил насчет футбола?» «Помню». «Так вот: забудь! Правильно я тогда поступил!»
    Хотел, чтобы мне отбили желание
    - Ваша карьера в профессиональном боксе более известна, чем в любительском. Откуда у будущего небитого чемпиона мира по профессионалам взялось 28 поражений в 228-ми боях на любительском ринге?
    - Две составляющие: жесткая конкуренция и влияние судейского фактора. Если говорить о конкуренции, в моей категории бился двукратный олимпийский чемпион, мой товарищ Олег Саитов. С огромным уважением к нему отношусь! Ну а так, были случаи, когда идет бой, объективно побеждаешь. Ты это понимаешь, люди вокруг это понимают, все понимают. Но победу отдают другому. И даже знаешь, из-за каких внутренних интриг это происходит… но я бы не хотел развивать эту тему. Иногда, если объективно, соперник был лучше.
    Понятно, что в любительском боксе главная вершина - Олимпийские игры. Когда стало очевидно, что от России мне в Афины-2004 не попасть, возникла идея поехать за другую постсоветскую страну. Вы знаете, у спортсменов существует такая практика: ты едешь и надеешься, что не встретишься с парнем из российской сборной до финала. Не дело своим друг у друга медали отнимать.
    Я собирался выступать за Грузию. Тренировался в Грузии, и уже было решено, что поеду - оставалось лишь выиграть отборочный турнир. Но в тот момент к власти пришел «легендарный» Саакашвили, и все накрылось медным тазом. Я в сердцах собрал вещи и вернулся. Решил только напоследок проверить себя. Поехал на международный турнир, где дрались будущие участники Олимпиады. И разобрался там с колумбийцем, финалистом Панамериканских игр - это как у нас финалист чемпионата Европы. Беседуем потом в раздевалке, он мне: «Ну давай, удачи, увидимся на Олимпийских играх!» «А я не попадаю, у нас от страны другой едет». Он в шоке: «Да что у вас за страна такая!..»
    - Жалеете, что все так сложилось?
    - Нет. Не жалею и не жалуюсь, вообще не имею такой привычки. На самом деле, даже хорошо, что рано закончил с любительским боксом: эти навыки потом серьезно мешают в профессиональном. Перестраиваться тяжело. Не каждый олимпийский чемпион становится чемпионом мира в профессионалах.
    - Как решили попробовать себя в профессиональном боксе? Ведь вроде окончательно завязали со спортом…
    - О профессиональном боксе сперва вообще не думал. Занимался бизнесом и старался поддерживать себя в форме. Начал зарабатывать деньги. Большие для своего возраста. Понимал, что обязательно их потрачу: не готов еще к таким деньгам. И мы с группой друзей - тоже бывших спортсменов - решили помочь с организацией турниров. Так получилось, что в числе первых был турнир по профессиональному боксу. Я посмотрел на это дело, самому захотелось подраться. Поучаствовал, провел 6 раундов, очень понравилось. Собирался поехать на отдых - отменил поездку, полетел вместо этого на Гибралтар, на конференцию WBC! Там собрались главные воротилы профессионального бокса, начиная с Дона Кинга. Еще больше загорелся этим делом, вернулся, провел еще один бой, попал на телевидение… Пришелся по душе комментаторам, стали меня нахваливать - так и закрутилось.
    Тут был важный момент выбора. Оставаться в деле, которое приносит деньги, или поставить на спорт? И вот хожу смурной, кручу в голове эти мысли. Это заметил один из друзей: «Что-то ты грустный». «У меня дилемма. На двух стульях не усижу, а выбрать трудно». И он дал мне хороший совет. Деньги, сказал, я всегда успею заработать. А вот спортом потом всерьез заняться уже не получится - здоровья не хватит. Так я выбрал профессиональный бокс. Но мне было жалко своего времени, поэтому хотел, чтобы мне и в прямом и в переносном смысле поскорее отбили желание боксировать. Так и вышло, что продвинулся настолько быстро.
    У нас бокс - меценатство
    - Трудно ли в России развиваться с нуля профессиональному боксеру? Сейчас, с появлением такой мощной фигуры, как Андрей Рябинский, видимо, стало полегче, но в ваши времена такого мецената не было…
    - Я застал становление профессионального бокса в России. Он и сейчас не сказать, что развит, но тогда это были вообще первые шаги. Надеюсь, что теперь, когда в федерацию пришли новые люди, наших боксеров будут лучше защищать на международной арене и отстаивать их интересы. Это очень важно. Когда я боксировал, как таковой индустрии профессионального бокса у нас в стране не было. Во время СССР это был запрещенный вид спорта, а в России он поднимался тяжело. До меня было десять российских чемпионов мира - я стал одиннадцатым, - но большинство из них свой статус завоевали, живя и тренируясь за рубежом.
    - Какие траты несет профессиональный боксер?
    - Все затраты ложатся на его карман. Зарплата тренерам и команде, аренда зала для тренировок, перелеты, проживание… Выходит недешево. Трудно и промоутерам, которые организовывают боксерские вечера. Если за океаном есть спортивные телевизионные монстры «HBO» и «Showtime», которые готовы раскручивать продукт и платить большие деньги, то в России с этим туго. Наше телевидение не так развито, как за океаном. Поэтому люди организовывают турниры за свои деньги, и каждый такой проект, как правило, заходит в минус. Это больше меценатство.
    - Вы всегда отличались умным ведением боя, а ваш стиль был крайне необычен для выходцев из любительского бокса - открытая стойка, активная защита корпусом. Как он сформировался?
    - То, как человек боксирует - это то, как он мыслит. Отражение его характера и внутреннего мира. Когда я был маленький, у меня была сумасшедшая моторика, и я не знал, что такое шаг назад. Рос очень невысоким: когда школу оканчивал, был самым маленьким в классе. И вдруг, учась в университете, резко начал расти: за 2 года дорос в весе до 70 килограммов. У меня стали вытягиваться конечности, изменилась моторика, и вдруг я поймал себя на том, что больше не могу делать вещи, которые делал все время. Ментально это очень тяжелый момент. Пришлось заново учиться боксу. Но некоторые вещи, наверное, сохранились из детства. Я сохранил лучшее из прежней техники и добавил множество новых элементов. Плюс школа любительского бокса. Все это сделало меня очень разнообразным и непредсказуемым боксером. Я могу боксировать совершенно разным образом в зависимости от ситуации, но об этом мало кто знает. Это первая из двух причин.
    - А вторая?
    - Я безумно любил смотреть профессиональный бокс. Его тогда показывали по «НТВ-плюс»: бои шли по американскому времени вечером в субботу, по нашему - рано утром в воскресенье. У меня подписки на платное телевидение не было. Но я договорился с друзьями, охранниками в спортивном магазине, так они мне на кассеты эти бои записывали, а я потом забирал и просматривал. Все бои видел! Ни одного не пропускал. Так жил не один год.
    А сам я скрытый левша. В правосторонней стойке стою, но сильнейшая рука - левая. Пишу тоже левой. И я отслеживал других скрытых левшей в нашем деле - Оскара Де Ла Хойю, Феликса Тринидада… Подсматривал какие-то элементы и пытался делать сам. Все это соединилось с элементами советской школы, которой я учился дважды, и образовало гремучую смесь. Мой тренер в любительском боксе, Артем Александрович Лавров, царствие ему небесное, был человек возрастной, так что обучал меня очень консервативно. Куда-то далеко выехать для него было проблемой: поэтому я стал что-то брать у Лаврова, а чему-то учиться сам.
    Шумы в сердце и парень с «Калашниковым»
    - В какой-то момент ваша карьера могла прерваться из-за шумов в сердце. Расскажите эту историю подробнее…
    - Она растет, скорее всего, из детства. Я был юн и давал себе слишком большие нагрузки, не умел себя ограничивать. К примеру, ходил на тренировки больным, что создает огромную нагрузку на сердце. Потому так важно полагаться на советы специалистов. В итоге, когда пришел в профессиональный бокс и прошел углубленное медобследование, у меня обнаружили шумы в сердце.
    - Это серьезно.
    - Да. Проблему зафиксировали, но я решил, что завязывать со спортом не готов. И вот, в какой-то момент стал много плавать: порой проплывал до 3-х километров за тренировку. Когда плывешь по бассейну такое расстояние, голова кругом идет от бесконечных разворотов туда-сюда. Через некоторое время пришел к врачу и… он не поверил своим глазам. От шумов не осталось и следа! Обычно это беда на всю жизнь, а тут исчезли безвозвратно. Стали все анализировать и пришли к выводу, что именно плавание помогло избавиться от недуга.
    - По чему вы наверняка не скучаете в боксерской карьере, так это по сгонке веса. Как вам давалась эта неприятная процедура, и в чем она заключается, если объяснить для «чайников»?
    - Ну, прежде всего, не все боксеры «гоняют» вес, это очень индивидуально. Кто-то 2 килограмма лишних уберет, и уже боксировать не может. А кто-то 10 скидывает и чувствует себя комфортно.
    - В питье себя ограничивали?
    - Ближе к бою - да. Но это больше не ради веса, а чтобы резче двигаться. Переполненное влагой тело теряет скорость.
    - То есть до некомфортных значений вы себе вес не «гоняли».
    - Нет, такого не делал. Но тут есть такой феномен, о котором многие обыватели не в курсе. Если боксируешь долгое время в одном весе, получается такая штука. Каждый раз ты убираешь вес ради боя, а потом возвращаешься - и не можешь вернуться в тот вес, что был прежде. Смотришь, полкило на весах добавилось. В следующий раз нужно сгонять на полкило больше. Потом еще 300 граммов наросло, потом еще… Если три, пять, восемь, двенадцать раз сгонял вес, с каждым разом сгонять приходится больше и больше. Или переходить в следующую категорию.
    - Если вспоминать профессиональную карьеру до чемпионского боя, какой бой больше других запал в память?
    - Тяжелым получился поединок с Кофи Джантуа за титул «WBC International». Дрались мы в Германии, а сам Джантуа - выходец из Ганы, поселившийся в США. Как я слышал, вырос Кофи в атмосфере гражданской войны, в 12 лет с «Калашниковым» бегал. Многое повидал в жизни. Хотя так по нему не скажешь: вежливый, воспитанный парень, очень порядочный. Но это был бой, где он передо мной поставил несколько задач. Он очень хорошо приспосабливался, этот Кофи Джантуа: я не мог выбрать, как лучше боксировать. И вроде бы победил в итоге без вопросов, вообще не пропускал, если со стороны посмотреть. Но мне так тяжело бой дался, что потом, извините за подробность, несколько часов не мог в баночку помочиться для допинг-теста.
    Кофи удивительно умел смягчать удары. Уже вроде попадаешь по нему плотно, у другого от такого удара ноги от пола оторвались бы. А этот чуть головой поведет, и как будто ты по резине попал. Всё мягко, всё вскользь… А чуть перестаешь его прессинговать, он сам свою серию запускает. Один, два, три раза промахнулся - на четвертый уже интуитивно знает, куда твоя голова пойдет! Начинает с легких ударов, а потом - все жестче засаживает. Знаете, это ведь самое сложное в боксе - перестроиться, когда находишься под градом ударов. Не каждый на такое способен. У меня такое пару раз получилось, но не уверен, что смог бы это повторять постоянно. Это высший пилотаж бокса.
    - Когда пришло понимание, что реально дотянуться до титульного боя?
    - Когда попал в первую десятку мирового рейтинга. Вскоре после боя с Джантуа. Было ясно, что стать претендентом мне по силам. Другой вопрос - смогу ли я воспользоваться этим шансом.
    Спрашивал себя: «Хочу ли драться?»
    Дмитрий Пирог в чемпионском бою с Дэниэлом Джейкобсом. фото: Reuters
    Дмитрий Пирог в чемпионском бою с Дэниэлом Джейкобсом
    фото: Reuters
    - К чемпионскому бою! Я подготовил вопрос о том, хорошо ли вы спали перед встречей с Дэниэлом Джейкобсом, но уже понимаю, что спали как младенец…
    - Конечно, спал. Волнение? Не волнуются только дураки. Но перед боем у меня была своя проверка, готов ли я морально к бою. Вообще, перед поединком ты проделываешь огромную работу: тренируешься, сгоняешь вес, полная самоизоляция… Не замечаешь, как праздники проходят. Только потом открываешь глаза: господи, полгода прошло!.. Так и живешь, циклами по полгода. Жизнь боксера.
    Так вот о проверке. В последние пару дней, когда уже отпустил нагрузки и подводил себя к бою, я сам себе задавал вопрос: хочу ли я, чтобы он состоялся? Или подсознательно желаю, чтобы его перенесли? Ну, травма соперника или что-то такое, всякое в жизни бывает. Порадуюсь переносу или нет?
    - И каков был стандартный ответ?
    - Обычно отвечал - хочу драться. Столько работы позади! Как правило, есть желание выйти и подраться, не глядя на антураж. Хоть двести миллионов этот бой смотрят, хоть Земля перевернется, Луна упадет - надо драться!
    - А по-другому отвечали?
    - Да, пара моментов была. К примеру, накануне первой защиты титула, с аргентинцем Хавьером Масьелем. Тот поединок, по-хорошему, надо было переносить. У меня так заклинило позвонки, что я не мог голову повернуть, на ноги свои посмотреть! Лишь за неделю до боя убрали блокировку, я, как мог, восстановился, но это же все равно мучение. Все эти обезбаливающие - читаешь инструкции, чтобы в состав допинга не входило… Вот тогда, честно, хотелось отмены боя. Победить победил, но это тот случай, когда не получил удовольствия от бокса.
    А еще бывает, тебя мучают отменами боев. Изматывают. Ты же к нему подходишь на пике формы. Перенесли - приходится и пик формы переносить искусственно. Это тяжело. А там еще перенос. Еще. У меня был период, 8 месяцев так длилось! К концу так измучался, ничего уже не хотел.
    Но история с Джейкобсом - не про это. В этом случае я однозначно себе ответил, что не хочу никакой отмены. То есть был готов.
    - В бою с вами Джейкобс считался фаворитом…
    - Это мотивировало. Там даже был такой момент: в одном рейтинге я стоял повыше, но его так перевернули, чтобы Джейкобс был выше. Не знаю, с какой целью: бой был неминуем, бумаги подписаны. Но они сделали. Создавали своему бойцу имидж фаворита. А меня сделали андердогом.
    - Соперник небитый, 20 боев, 17 нокаутов. Трудно с ними, небитыми? Ощущается ли, что у человека не было поражений?
    - Вопрос больше не в «битости», а в мотивации. Тот же Джантуа до боя со мной проигрывал не раз, но по глазам было видно: парень готов умереть в ринге. Но и у Джейкобса с мотивацией дело обстояло нормально.
    Тебе руку поднимают, а в глазах - пустота…
    - Любопытно, что 10 из 17-ти нокаутов Джейкобс провел в первом раунде. Учитывали это при разработке тактики на поединок?
    - Конечно. Все, что происходило в ринге, было запланировано заранее. Вплоть до того, что после четвертого раунда я перестал дурачиться и стал бить плотнее. Бокс ведь намного сложнее, чем кажется. Когда выходил на ринг, я всегда держал в голове, как минимум, три варианта развития событий. Три плана. Ты все время анализируешь, как складывается ситуация, а параллельно еще и боксируешь.
    Кстати, насчет Джейкобса. Примерно за год до нашего боя я встал, как обычно, в 5 утра и задержался с утренней пробежкой. Потому что включил бокс и увидел Джейкобса. Смотрю: парень координированный, с головой порядок. Так случилось, ему пришлось проводить второй бой кряду - соперник записного фаворита травмировался, и Джейкобсу предложили роль замены. Он согласился. А это через пару недель после прошлого поединка, когда у бойца максимальный спад… Так он на спаде этого фаворита разобрал влегкую. Я гляжу и говорю тренеру: «Хороший парень. Придется с ним встретиться на пути к титулу».
    Соответственно, при подготовке я учитывал и прошлые свои знания о Джейкобсе, и еще много-много факторов. В какие моменты он выглядел лучше, в какие хуже, когда и как заканчивал досрочно… Вплоть до того, что «отпускаешь» те раунды, где оппонент особенно опасен. Это стратегия. Почти как в шахматах.
    - На момент нокаута в карточке независимого эксперта значился счет 2:2 по раундам, а судьи давали 3:1 в пользу Джейкобса. При этом, к примеру, в 4-м раунде насчитали 23:6 по чистым попаданиям - опять-таки в пользу вашего соперника. По телекартинке же преимущества у американца не ощущалось. А как вы сами, прочувствовали эти «23 удара»?
    - Разумеется, нет. Но я знал, что так будут считать. Это было неважно. Понимал: если не нокаутирую, победу мне не отдадут. 200 процентов! Поэтому даже не гонялся за очками. Но тут включается боксерская психология: если стремишься нокаутировать, крайне сложно это сделать. Упрощаешь свою модель боя, а против тебя ведь тоже серьезный боец. Он понимает, что нельзя тебе дать приложиться, и, как правило, не дает. А вот если отпускаешь ситуацию и начинаешь просто боксировать, шансов нокаутировать больше.
    Мои тренеры тоже в один момент заладили: «Не нокаутируешь, проиграешь! Не нокаутируешь, проиграешь!..» Я говорю: «Ребята, стоп. Не надо меня накручивать. Едем не нокаутировать - едем боксировать. Шансов мало, но если я начну за ним гоняться, то не нокаутирую уж точно». Поговорил жестко. Но тренеры молодцы, сразу поняли, и больше у нас тема нокаута не поднималась.
    - Как он все-таки случился? Главный нокаут в вашей жизни?
    - Сам удар описывать не буду: видеозапись легко найти в интернете, всегда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Но скажу, что предвестник случился уже во втором раунде. Там есть эпизод: я жестко попадаю по Джейкобсу, и он приседает на канаты. Не будь канатов, упал бы на спину. Именно в тот момент я понял, что, скорее всего, этого парня поймаю. Окончательно отпустил ситуацию и стал потихоньку прибавлять от раунда к раунду.
    - Он оказался предсказуемым?
    - Скажу иначе. Я для него оказался непредсказуемым. Так сокращать дистанцию, как я сократил - никто почти не делает. Но это коронный прием Олега Саитова: у него подсмотрел. Нестандартное решение застало Джейкобса врасплох. И он пропустил фатальный удар.
    - Первые ощущения после победы?
    - После победы всегда ощущение пустоты. Парадокс! Но так и есть. У тебя была цель, ты ее достиг, а другая еще не сформировалась. Тебе руку поднимают, а в душе - пустота. По глазам видно. Тебе и радостно, и грустно. Московский художник Нальби Бугашев однажды - еще до чемпионского боя - увидел мои победные фотографии и нарисовал портрет по мотивам. И, знаете, передал это чувство! Выражение глаз - то самое.
    - На эту тему высказался главный тренер российской сборной по гандболу Евгений Трефилов после победы на Олимпиаде. «Вот представьте: гора. Ползешь, ползешь, ползешь - а там, на вершине, даже одуванчиков нет»…
    - Да, точно сказано. Именно в тот момент, когда стал чемпионом мира, я понял: без цели жить нельзя.
    Когда бьют ниже пояса, надо отвечать
    - Кто ваши любимые бойцы прошлого?
    - Мне по душе плеяда легендарных боксеров из 80-х: Шугар Рэй Леонард, Роберто Дюран, Марвин Хаглер и Томас Хёрнс. Эти парни сражались друг с другом за превосходство в своей весовой категории, и наблюдать за их схватками было потрясающе интересно. Хотя, конечно, те легендарные поединки я смотрел уже в записи. Когда они происходили, я был еще мал, да и достать записи профессиональных боев в СССР было сложно.
    Но бойцы потрясающие! Взять того же Леонарда. Грамотный, умный боксер, мыслил стратегически… Мне запомнился его поединок с Хёрнсом в 1981 году - Хёрнс в ту пору был небитым чемпионом мира по версии WBA. И наиболее опасен Томас был во втором раунде: на этот период приходилось больше всего нокаутов. Так вот, Шугар Рэй отпустил второй раунд, а потом как начал прессовать! Настолько грамотно бой распределил… Тогда боксировали по 15 раундов - Леонард нокаутировал соперника в 14-м. Хотя по судейским запискам не выигрывал.
    - А если говорить о современности?
    - Давно слежу за Андре Уордом: нравится стиль его бокса. Хотя сейчас этот боксер не слишком популярен в России после ударов Ковалеву ниже пояса… Согласен, такие действия никого не красят. Но это не такая уж редкость в боксе. Мало кто знает, но когда левша Хаглер боксировал с Хёрнсом, за два раунда он нанес около 20-ти ударов в район резинки трусов. Целенаправленно. Такое иногда делают.
    - Как бороться?
    - На мой взгляд, последнее дело - жаловаться. Ударил он тебя туда, ответь той же монетой. Отвечай, кто тебе мешает! Пусть снимут с тебя очко. Но зрители увидят, что одни и те же моменты по-разному трактуются.
    Уорд - дисциплинированный и грамотный парень. В первую очередь, потому и сумел победить очень талантливого бойца Ковалева. Если говорить о других моих фаворитах, то назову Феликса Тринидада, Оскара Де Ла Хойю, Мигеля Котто и, конечно, Роя Джонса. Про Джонса разговор отдельный - потрясающие природные данные, талантище!
    - А Флойд Мэйвезер?
    - Безусловно. Его можно любить, можно не любить - мне, к примеру, не нравится, как он себя ставит вне ринга. Однако не признавать заслуг Флойда невозможно. Я комментировал его бой с Альваресом. В тот вечер Мэйвезер заработал мое особое уважение: он все доказал в боксе, но даже в бою, который мог спокойно выиграть на тихой волне, шел на обострение. Как хороший актер. Как человек, которому небезразлична реакция публики. С уважением отнесся к людям, которые заплатили деньги за билеты и трансляции.
    Бой года? Альварес - Головкин
    - Назовите лучшую тройку боксеров на все времена.
    - На первом месте Рокки Марчиано - «неполноценный» тяжеловес, который не проиграл ни одного боя. Необычайно смелый человек, под такие танки ложился… Был случай, когда он пришел домой после боя - а телевизоров тогда не было, за ходом боя все следили по радио, - и семья его не узнала. До такой степени было избито лицо.
    Второй - Кассиус Клей, более известный как Мохаммед Али. Тут едва ли стоит объяснять, это легенда бокса. На третье место поставлю Шугара Рэя Леонарда, о котором уже упоминал. Ну, и, пожалуй, будет у меня четвертый призер - Майк Тайсон. Как ни крути, это эпоха в супертяжелом весе. А на пятом месте идет Рой Джонс, его тоже не могу обойти вниманием. То, что он делал в ринге, - невероятно! Умудрялся одновременно и побеждать в одну калитку, и дурачиться в ринге. Да и вообще, когда любой из этих ребят был в обойме, он затмевал всех.
    - Ваше отношение к самому горячему событию последних дней - бою Мэйвезера с Макгрегором?
    - Я не в восторге от этого всего. Смотрю двояко. Да, раскрутили событие, я буду смотреть - мне уже интересно. Но эти «треш токи», когда бойцы поливают друг друга грязью перед боем и всячески себя выпячивают, мне не по душе. Ведь это видят дети. У них это отпечатывается как нормальное поведение. Наверное, это будет больше шоу, чем драка. (Беседа состоялась за несколько дней до боя, - прим.А.Т.Вот Головкин - Альварес - это бой года!
    - Вы, насколько помню, фаворитом считаете Геннадия Головкина.
    - Считаю, что у него больше шансов. Но не критически. Если еще пару лет назад о победе Головкина можно было бы говорить определенно, то сейчас ситуация приближается к «50 на 50». Альваресу есть, чем досадить Головкину. Он может оказаться неудобным соперником. Сауль мощно и очень разнообразно бьет, выпускает удары под различными углами, обрабатывает корпус. И очень комфортно ощущает себя в ближнем бою. Тут будет крайне важно, кто первым пропустит плотный удар. Это может полностью изменить картину боя.
    В этой истории мне нравится возвращение к старым добрым традициям: лучшие бьются друг с другом. Сейчас, когда промоутеры предпочитают кормить своих подопечных «мешками», такое встречается нечасто. А тут два замечательных боксера не боятся проиграть, вершат историю. Это здорово.
    Все мы учимся на своих ошибках
    - Со стороны ваша профессиональная карьера выглядит цельной. Путь к чемпионскому бою, серьезный титул, три защиты. И уход со сцены без единого поражения. Сами ее как оцениваете? Всем довольны или не хватило, скажем, объединительных боев с обладателями других поясов?
    - Зависит всегда от того, какие цели преследуешь. Чего хотел, я добился. А хотел стать чемпионом мира. Когда меня проверяли по советским методикам - подхожу ли для бокса, - выяснилось, что я и бокс - это разнополярные вещи. А я стал чемпионом мира. Себе хотел доказать и теперь рассказываю детям: если очень захотеть, обязательно добьешься цели. Неважно, чем ты занимаешься.
    После чемпионского боя я проснулся с мыслью: надо же, как сам себя запрограммировал! Ведь в детстве у меня была мечта. Стать чемпионом мира. Не олимпийским чемпионом, а именно чемпионом мира. Почему? Ну, вот так. Мальчишка был. Хотя если бы в 24 года, когда я заканчивал с любительским боксом, мне сказали, что стану чемпионом мира в профессионалах, рассмеялся бы в лицо. Но вот, как вышло: все равно вернулся на свой путь и дошел до конца.
    - Какую цель поставили себе после окончания боксерской карьеры?
    - Знаете, я ведь никогда не думал, что стану спортсменом. Не планировал зарабатывать спортом. Учился хорошо: серебряная медаль в школе, университет с красным дипломом… Но потом увлекся боксом, и стало жаль потраченного времени - понял, что не могу его просто так бросить.
    Я не уехал за рубеж. Хотя мог бы жить, где хочу, в любой точке мира. Мне предлагали перебраться в США, гражданство американское давали. Но зачем оно мне? Я остался в России и сам себе говорю: как здорово, что сделал такой выбор. Ну а раз я живу в нашей стране, то хочу изменить ее к лучшему. Начиная со своего дома, двора, улицы… Так и пошло. Начал помогать, создал благотворительный фонд «Доступный спорт». Парадокс! Сам занимался профессионально, а теперь акцент делаю на детский и массовый спорт. Потому что понимаю: для здоровья нации это важнее.
    - Что делаете в рамках проекта?
    - Это мероприятия по привлечению людей в спорт, в здоровый образ жизни. Учим правильному досугу. Ведь мы не умеем отдыхать, по большому счету! Отдых должен быть активным, а не только на диване с пивом. Так вот мы помогаем провести соревнования, где-то выручаем с экипировкой. Ребятам с ограниченными возможностями даем шанс полноценно спортом заниматься. Проводим такого рода турниры.
    - Как пришла идея баллотироваться в Госдуму? Все шло от желания изменить что-то в стране?
    - Прежде всего, я понял, что этот статус даст мне возможность сделать больше. Идея родилась, но она не материализовалась в одночасье. Я последовательно шел к цели и добился своего.
    - В чем заключается работа депутата Государственной Думы?
    - Ну, вы понимаете, что это законотворчество. Разработка законопроектов. Плюс представительская деятельность. Ничего нового не скажу. Но, конечно, когда ты депутат Госдумы, проще добиться поддержки каких-то проектов. Проще менять окружающий мир, если говорить глобально.
    - Вы много где побывали. Какая страна, исключая Россию, вам ближе по духу?
    - Из тех, где был, понравилась Новая Зеландия. Очень красивая природа. Смог бы я там жить? Наверное, не смог бы. Многое можно принять, но когда видишь, что не в ту сторону закручивается вода в раковине - это слишком! (Улыбается). Интересно было бы побывать в скандинавских странах: пока не довелось. Я, кстати, не дал себе ответ на главный вопрос путешественника. Море или горы. Больше всего удовольствия получаю, когда есть и то, и другое.
    - Если оглянуться назад, какое решение в жизни поменяли бы, появись такая возможность?
    - Как и у любого из нас, у меня были ошибки. Были вещи, которых делать не стоило. Это ведь только поговорка «учись на чужих ошибках» - на самом деле, все учатся на своих. Но, знаете, ошибки приносят боль, боль ведет к сожалению и осмыслению. И это осмысление нас меняет: делает такими, какие мы есть сейчас. Делает самими собой. Поэтому… я бы не менял ничего. Все то, что я делал - часть моей жизни. Часть моей истории.

    Антон Тихий


    4 комментария
  • 17 сентября 2017 в 14:22, a961456591
    Интересно, у меня было сложенное мнение, что у него любительской карьеры как таковой практически не было. И даже здесь он говорит:
    В публикации: На самом деле, даже хорошо, что рано закончил с любительским боксом: эти навыки потом серьезно мешают в профессиональном. Перестраиваться тяжело.
     И в то же время 228 поединков... Про тренера Альвареса во время трансляции писали, кажется, 13-2 - и то уже считают, что боксировал в любителях.
  • 17 сентября 2017 в 16:13, Ferdinand
    a961456591: Интересно, у меня было сложенное мнение, что у него любительской карьеры как таковой практически не было.
     он МСМК на минуточку. а закончил действительно рано. по моему после "надежд" это около 22 лет. если я не ошибаюсь..
  • 21 сентября 2017 в 21:57, a961456591
  • 29 сентября 2017 в 23:12, a961456591

Реклама

Афиша

  • Мурат Гассиев vs Кшиштоф Влодарчик
    Мурат Гассиев vs Кшиштоф Влодарчик
  • Мигель Котто vs Садам Али
    Мигель Котто vs Садам Али

Пользователи
онлайн (70)


Гостей: 70

Наши друзья